Бродяга (6)

Часть вторая. Измученный путник.

Во всяком положении есть свои преимущества. Главное — не забывать ими наслаждаться.

Макс Фрай

Серый очень надеялся, что они наконец-то добрались до цели. Ужасно хотелось пить. Последний переход дался ему особенно тяжело. Казалось, что сил двигаться дальше просто не осталось. Последний день надзиратели словно бы совсем озверели и безжалостно гнали их вперед по пескам, как скот.

Он понуро стоял на раскаленной безжалостным солнцем площади вместе с еще тремя такими же каторжниками. Рядом возвышался огромный белокаменный храм. Перед этим их поспешно загнали в ворота крепости, расположенной в самом сердце знойной пустыни. В пылающем песчаном аду. Храм и площадь, по-видимому, были центром большого поселения. Их привели сюда по одной из улиц, напоминающую промышленную зону провинциального городка. Крепостная стена на входе тянулась в обе стороны, теряясь в зыбком мареве полуденной пустыни. Казалось, что она делит такие же бесконечные пески пополам. Хорошо, что только в последнем переходе их заставили идти днем. Иначе бы Серый точно не выжил. Ватные ноги начинали ныть. Сухой воздух обжигал горло. Серый удивлялся, как он не потерял сознание ещё несколько часов назад.

Их дорога сюда после плена была похожа на зебру из анекдота. То она была очень лёгкая. Это когда их в Арзаруме погрузили в трюм корабля, и они больше двадцати дней плыли, изнывая от скуки, скудной еды и тухлого питья. А затем дорога стала изнурительно тяжёлой. Их перегнали на другое судно, где намертво приковали к громадным вёслам. Когда их заставили грести вверх по реке три дня и три ночи, почти без сна и вообще без отдыха, Серый тоже удивлялся, почему до сих пор жив и к тому же в сознании. Под конец этого тяжелейшего перехода, от усталости и измождения он совсем перестал что-либо соображать. Руки и спина были словно чужие. Наконец они выплыли на бесконечную гладь огромного озера с водопадом на горизонте, падающим словно из-под далеких облаков. Вконец измотанный Серый не почувствовал ни малейшего восторга от открывшегося великолепного вида, хотя понимал, что зрелище уникальное. Возможно, ничего подобного он в своей жизни уже не увидит. По мере их приближения грохот водопада все нарастал и вблизи стал вовсе невыносимым. Их выгрузили на берег чуть в стороне. Это снова была белая полоса. Самая белая полоса в жизни Серого на этой проклятой планете. Целых два дня их подымали на высоченную отвесную скалу в каком-то подобии ажурного лифта, сплетенного из толстых прутьев. Видимо лифт поднимала магия, так как от пленников не требовалось никаких усилий. Два дня блаженного отдыха и прекрасных видов из покачивающейся деревянной клетки на бесконечную зелень холмов и лесов. А также летящую с безумной скоростью вниз воду. Шум водопада давно стих внизу. Их даже кормили вполне сносно. Затем было пару часов в большом городе. Стырка и Бельмо с группой других каторжан куда-то увели. А сам Серый, с оставшимися тремя пленниками, отправился пешком вглубь адской пустыни. И это была уже не черная полоса. Это была именно жопа. Полная. Спали они днём под наскоро собранными навесами. Невыносимая жара не давала уснуть. Воды постоянно не хватало, чтобы напиться. Этот, казалось, бесконечный этап длился семь долгих дней и ночей. Последний дневной рывок по безжалостному зною, казалось, иссушил не только их тела, но и души.

Пока они плыли по морю из Арзарума, маясь в трюме от тоски и безысходности, Серый постарался вытянуть из более осведомленного Стырка всё что смог о цели их, так сказать, путешествия. Узнать удалось немного. В кристаллической пустыне есть места, где добывают магические кристаллы. Хозяйничают там монахи всего нескольких богов. Их прозвали храмовниками. И оттуда еще никто и никогда не возвращался живым. Все остальное было непонятно, неправдоподобно или противоречиво. То ли заключенные там постепенно сходили с ума от страха и боли, то ли пустыня выпивала саму душу каторжника.

Сейчас Серому предстояло на собственной шкуре узнать всю правду. Про душу он уже даже склонен был поверить. Однако, с учетом того, что отсюда нет возврата, достоверностью добытых сведений можно смело пренебречь. Пока что Серый мог спокойно выбросить из головы то, что мучило его с самого начала пребывания в этом мире. Объяснять откуда он такой взялся, теперь точно не придётся. Даже если его вдруг спросят, то можно врать что угодно. Пойди, проверь. Другой вопрос, что на фоне новых проблем, отсутствие документов казалось детским нытьём по поводу покупки еще одного мороженного.

- Кто говорит по-исорски? Руку подняли, - устало обратился к ним, только что подошедший, монах. В отличие от Арзарума, здесь храмовники ходили в грязно-белых плащах до пят с капюшонами. От пыли лица некоторых были прикрыты чем-то похожим на воздушные шарфы того же блеклого цвета. В ответ на вопрос монаха руки подняли все пленники. - Тогда все четверо идите за мной, - и монах двинулся к одной из улиц, расходящихся с площади вглубь поселения. Никакой другой охраны с ними не пошло. Караванщики вообще разошлись сразу же, как доставили их под стены храма.

По мощёной камнем и пышущей жаром улице они вскоре вышли из респектабельного района и оказались в окружении однообразных хмурых бараков. Узкие щели окон под самой крышей и широкие ворота вместо дверей, больше похожие на люки товарных вагонов, навевали тоску.

Серый, в спокойные периоды этапа, часто вспоминал о доме. И чем больше он думал, тем больше убеждался, что Земля для него потеряна навсегда. Вместе с родителями, перспективами в жизни и цивилизацией в целом. Надо было выжить здесь и сейчас. И не похоже, что в этом странном месте уцелеть будет просто. Хотя ничего страшного с ними пока не происходило. Во всяком случае ничего мистического и жуткого. Похоже, слухи как всегда преувеличивают ужасы. Главное чтобы не преуменьшили. Хотя судить, конечно, пока рано.

Их завели в один из бараков. Каждому показали его нары. Двухъярусные. Серому досталась верхняя полка.

Барак, судя по количеству коек, был рассчитан на двадцать четыре каторжника. Но главное, что в нём не так чувствовалась жара снаружи. Каждому из них монах выдал по фляге из какого-то высушенного зеленого овоща, похожего на продолговатую тыкву с верёвкой вместо пояса. Также Серому достался ветхий плащ с капюшоном грязно-серого цвета. Возможно, это просто старые изношенные плащи монахов. Также остальным выдавали какую-то обувь. Однако, взглянув на поношенные, но вполне еще крепкие ботинки Серого, монах оставил юношу без обновки.

- А воду где брать? - спросил один из попутчиков.

- Старший по бараку выдаёт утром и вечером, - монах ткнул пальцем в угол барака, где стоял здоровый деревянный бочонок. - Он вам расскажет все правила.

Монах скрылся за дверьми. Серый по старой памяти с сарказмом подумал, как этот бочонок будет рассказывать им правила. Но опыт последнего месяца показал, что подобные приколы лучше держать при себе. До сих пор этот мир юмор не очень воспринимал. К тому же предпочитал жестоко шутить в ответ. Такими темпами следующей остановкой Серого будет смерть и ад. И если очень повезёт, то в аду будет попрохладней, чем здесь.

* * *

Старший по бараку не заставил долго себя ждать. Подошедший к ним невысокого роста мужичок был абсолютно седой. Усталый взгляд его серых глаз вызвал почему-то у Серого ассоциацию с побитой уличной собакой. При этом он не выглядел очень старым, скорее уж бесконечно уставшим.

- Я старший двадцать седьмого барака. Звать меня Гартей. Вы все много или мало, но слышали об этом месте раньше, в прежней жизни. Не мне судить что, из услышанного вами, правда. Я расскажу, что это за место, зачем здесь мы, и как вам не сделать своё пребывание здесь невыносимым. За исключением одной единственной вещи, всё остальное здесь просто отлично. Но эта вещь превратит вашу жизнь в ад. Я начну по порядку. Советую слушать внимательно.

Три самых страшных слова, вокруг которых крутится жизнь старателей, то есть нас с вами, это вахта, срыв и сцепка. Мечта любого местного каторжника - уменьшить количество этих самых вахт, срывов и сцепок до минимума. Или хотя бы не увеличить. Как не увеличить я вам сейчас расскажу. Как уменьшить позже сами разберётесь или у меня спросите. Но лучше поспрашивать тех, кто про это хорошо знает. У гладиаторов. Но сейчас не об этом.

Значит вахта. Это выход в пустыню для сбора магических кристаллов. Выходит весь барак целиком, всей бригадой. Магические кристаллы жгутся магией. Чем крупнее, тем сильнее и дальше достигает боль магического ожога. Боль невыносимая. Сами на вахте почувствуете на собственной шкуре. Большие кристаллы сорвать, не потеряв сознание невозможно. Это называют срывом. Поэтому монахи, охраняющие бригаду, на вахте помогают магией. Сорвал кристалл и бросай, если в сознании ещё, дальше его можно грузить инструментом или голыми руками. Опасности он уже не представляет.

Насколько страшен срыв, словами не передать. В бригаде на него очередь. И никто не рвется в первые ряды. Почти все наказания - срывы вне очереди. Или перемещение вверх очереди. Поэтому правил никто не нарушает. Разве что новички до первой вахты.

Есть ещё сцепка. Это если кристалл слишком большой и для одного старателя неподъёмный. Тогда вызывается подмога из крепости. Большой отряд монахов и жрецов помогает пятёрке или семёрке старателей из верхушки очереди на срыв. Это тоже адская боль, но не такая, как при срыве в одиночку. Потому что разделяется на нескольких человек. Поэтому находить огромные кристаллы выгодно. Проскочить свой срыв в сцепке, считайте большое везение. Тройкой срыв бригада собственными силами делает и сразу возвращается в крепость. Если сцепка была из пяти или семи старателей, то бригада пропускает следующую вахту. Также бригада пропускает одну вахту, если было пять или больше срывов. Обычно пять, потому что после пятого все тоже идут в крепость. И несут, потерявших сознание, сорвавшихся. Все правила на вахте задуманы так, что находить большие кристаллы очень выгодно. За пару вахт разберетесь с нюансами, сейчас они вам не важны.

В крепости всего тридцать три барака и столько же бригад. На вахту заступает каждый день одна из них. После вахты бригада тридцать два дня отдыхает. Можно просто сидеть в бараке или бродить по крепости. Кормят сносно три раза в день, воду получаете у меня дважды в день. У старателей есть возможность найти работу в крепости. За полученные монеты дополнительно можно есть или даже развлекаться наравне с монахами. Храмовники делают все, чтобы отвлечь нас от воспоминаний о боли после вахт. Выходит у них это так себе.

Теперь про дисциплину. Любая драка или даже громкая ссора старателей, и монахи быстро отыщут виновного. Никто его покрывать не станет. Зачинщик получает срыв вне очереди. Так что не стоит лезть на рожон. К тому же он может указать на провокатора. На любого старателя. Без доказательств и объяснений. И этот провокатор получает срыв вне очереди следующим после него. Я, например, указал на старшего по бараку. Потому что он плохо объяснил мне правила. Если кто-то указывает на старшего, как на провокатора, то сам становится старшим. И поверьте, это совсем не награда. У старших по бараку только обязанности и двойная ответственность за косяки. Укажете на меня и избавите от лишней мороки. Но получать срывы вне очереди я не хочу, поэтому, если кому что неясно, спрашивайте прямо сейчас или обращайтесь позже в любое время. Все объясню. Есть вопросы?

Ах да, попытка побега ведёт к наказанию магическим ожогом и внеочередным срывом. Как и отказ выходить на вахту. После таких наказаний монахи вам каждому расскажут, что будет за повторную попытку. Потому что это у них обычно по-разному. Повторяю: попытка побега и отказ выходить на вахту или выполнять срыв, когда пришла твоя очередь, считаются тягчайшими преступлениями. Бунтари быстро превращаются в безумцев или того хуже. Попытка убийства или самоубийства приравниваются к побегу.

Следующая вахта у нас через двадцать семь дней. Так что у вас будет время освоиться. Самые шустрые могут даже успеть получить освобождение от вахты. На моей памяти, правда, таких случаев не было.

Сейчас идёмте, я вам налью во фляги воды. Вы пару часов обдумайте мои слова, познакомьтесь с бараком и старателями, погуляйте по крепости. Ходить можно везде, где не заперто. Через ограды не лазить, через стены тем более, потому что это уже побег. Монахов лучше слушаться. Выполняйте эти простые правила, и дополнительные срывы вам не грозят. После обеда подходите ко мне с вопросами. Может, кто-то из нашего барака вам больше расскажет. А то и из соседнего. Спрашивайте. Как правило, объяснить новичку, что и как здесь устроено, никто не отказывается. Общение не запрещено. В этом плане тут свобода.

За четверть часа до завтрака, обеда и ужина бьёт гонг внутри барака. Развозка к баракам подходит в разное время, потому что фургон с едой обслуживает не один барак, а одиннадцать. Ночью правила те же. Большинство у нас спит днём, а не ночью. Потому что днем всегда невыносимая жара.

Может прямо сейчас у кого-то есть вопросы?

- Способ освободиться отсюда какой-то есть? - спросил один из новичков с колючим и цепким взглядом.

- Есть - через арену. Бои старателей - главное развлечение монахов. Но про арену вам лучше спросить кого-то из наших гладиаторов. После обеда сможете поспрашивать. Сейчас большинство спит. Обед у нас вечером, сразу после заката. Ужин в полночь, это часов через пять. А завтрак на рассвете.

Не дождавшись больше вопросов, Гартей направился в угол барака к бочке с водой. Мы гуськом потянулись за ним. Только парень, задавший вопрос об освобождении, продолжал стоять и морщить лоб. Вскоре и он подтянулся к ним, услышав звуки льющейся воды. В последнем переходе мы месили песок пустыни по самому солнцепеку, поэтому всех мучила ужасная жажда.

* * *

Серый за раз выпил, чуть ли не пол фляги прохладной воды. Уже ставшая привычной жажда отступила. Сразу же стало намного легче. Даже мысли словно прояснились.

Новоиспеченный старатель задумался о своем новом положении. Наконец-то внятные правила и условия. Нет беспрерывной гонки и неопределённости. Хотя через 27 дней предстоит непонятная вахта. Однако до этого еще есть время. Пора включать голову, а не гнаться неизвестно куда собирая все шишки и грабли. По-хорошему, ее и выключать не стоило. Особенно там, в таверне. Для начала надо изучить крепость.

- Где здесь туалет? - тут же приступил к делу Серый. Он обратился к здоровому косматому мужику, сидящему неподалёку на нарах.

- Ха! Да, с этого Гартею и надо начинать. Пошли, покажу, мне тоже оправиться надо.

Серый думал, что слово туалет тут, на самой жуткой и загадочной в мире каторге, прозвучало слишком пафосно. Особенно если вспомнить земные унитазы с водопроводом. Но оказалось, что в чём-то даже наоборот. Здание было большое, из белого пористого камня, пол выложен плиткой. Десяток кабинок с дырками и никакого запаха. Вообще чистота. В дырках мерцало какое-то перламутровое марево. Сделав дела Серый вышел озадаченный. Не хватало, правда, туалетной бумаги, умывальников и зубных щеток с пастой. Сушилок для рук само собой тоже не наблюдалось.

Провожатый,

улыбаясь, поджидал его у выхода. Видимо специально задержался, чтобы увидеть выражение удивления на лице новичка. Ожидаемое, он получил сполна.

- Что, не ожидал такого? Меня, кстати, Торт зовут.

Еще в море Серый решил, что свое имя ему лучше забыть. Очень уж оно редкое для этого мира.

- А меня Лед, - самое время менять своё прошлое окончательно, решил Серый, точнее уже Лед. - Как-то мало всё здесь на каторгу похоже.

- Тут почти всё, Лед, на курорт похоже. Особенно если сравнивать не с городскими дворцами, а с какой-нибудь сельской глухоманью или городскими трущобами. Да и не каждый подмастерье себе такую еду позволить может, какую можно заказать в любой местной харчевне, - и захохотал, глядя на лицо Серого. При ближайшем рассмотрении Торт имел вполне приличный вид. Скорее не косматый, а взъерошенный после сна. - Но понимаешь ли, без всего этого люди бы здесь мерли от безнадёги и ужаса, не пережив даже пары вахт, - прибавил Торт уже более серьёзно. - Вахта, это такая пакость, что мама не горюй. А уж после срыва не каждый-то и выкарабкается. Не смотря на эти райские условия. Кристаллы для магов ценнее всего на свете. Только ради их добычи эта крепость с храмом, посреди непроходимой даже для магов пустыни, построена. Последователи Атката возвели ее ценой многих тысяч жизней последователей. Своих жизней, не рабов. Жрецы, маги, монахи. Тут их наверно пару десятков тысяч легло, а кости развеял ветер. Могущество их ордена возросло неимоверно. Мы для них магическую силу, золото и власть из этой знойной пустыни таскаем. Их могущество это наши боль и страдания. И смерть, в конце концов. Магии здесь разлито море. Она тут ничего не стоит, потому что лежит под ногами. Магов тоже полно. Они тут на полгода - год приезжают посменно. Сделать для нас королевские условия при помощи магии им ничего почти не стоит. Всё равно в этой дыре сидят для охраны и маются от безделья. Тут много всяких приятных вещей. Тебе на бани надо денежки накопить. На стирку одежды ну и на цирюльника заодно. Бани здесь, пожалуй, как в королевских дворцах. Хотя я королевских не видал, но наши точно лучше. С деньгами и в харчевни пускать будут. И на арену. Там многие новички ищут спасения от вахт. Но там же и легче всего найти беду на свою голову.

- А что за денежки, Торт? Откуда?

- Да вот хотя бы уборкой улиц и помещений заниматься можно, на кухнях в харчевнях, ремонт и шитьё одежды. Обувка. Кузня есть, там тоже работа есть. Мест, где можно не сложно заработать, много. Покажи свою флягу.

Серый собрался отвязывать верёвку. Но Торт протянул руку, как то ловко провернул флягу, и ее горлышко легко выскочило из петли.

- Вот смотри, на этом боку выемки. Сюда любой храмовник может вставить пару медных, пару серебряных и одну золотую монету. Только они могут положить, и только они же могут вынуть. Эта фляга как твой маячок, документ местный. Чужую флягу украсть или отобрать это почти как на жизнь покусится. Сразу в срыв поставят. Да и бесполезно. Найдут и флягу и вора. И на провокатора показать не дадут. Так вот, две медных монеты накопишь, вместо третьей получаешь серебряную. Медь забирают, ясное дело. Три серебра это одна золотая монета. Больше одной золотой не накопишь - работу давать перестают, пока не потратишь. Золотой, например, стоит проход на арену. За серебрушку можно в бани сходить, или в харчевне поесть от пуза. Медная монета это корыто с водой на стирку получить и чистящего порошка. Заодно и ополоснуться можно. Но бани – совсем другое дело. Рекомендую. Остальные цены потом сам узнаешь. Давай покажу, как флягу цеплять. - И он пару раз очень медленно продемонстрировал, как закрепить на поясе флягу и потом открепить обратно.

За разговорами они вернулись к дверям барака.

- Торт, я, наверное, до обеда прогуляюсь. Осмотрюсь. Жара когда спадать начинает?

- После заката, не раньше. А прогуляться сходи, дело полезное. Ты, Лед, главное запомни, - крикнул в спину Торт. - Пока не разобрался тут со всем и не освоился, когда услышал голос храмовника - замри. Тебе, как новичку, объяснят, что не так. Главное через заборы никакие не лезь и в закрытые двери не ломись. Ну и окна тоже.

"Всё же их храмовниками и тут называют", - размышлял Серый, двигаясь в сторону центра крепости. Хотя теперь уже не Серый, а Лед.

Его мысли в очередной раз вернулись к подставе, забросившей его сюда. Много раз по пути сюда он обдумывал поступок Керола. Почему тот подставил его? Потеряв при этом трех своих людей. Зачем? Отправить в место, из которого нет возврата можно гораздо проще. С помощью кинжала, например, или даже верёвки. Он мог убить его сотней способов. На корабле Лед решил, что спросит у Керола, зачем были нужны такие сложности, перед тем как убьёт. Как ни странно, именно там после потери всего, включая свободу, он приобрёл прежнюю уверенность. Ту самую, которая на Земле помогала ему просто отстранять с дороги гопников, а как-то раз даже милиционеров. То, что заставляло отступать пьяную шпану, лишь заглянув ему в глаза.

Из рассказов Гартея и Торта Лед понял, что у крепости есть два важных свойства. Отсюда невозможно сбежать и здесь очень сложно умереть. Однако Керол вряд ли был настолько хорошо осведомлён об этом месте. Мало кто в мире за пределами этой крепости знает о местных порядках хоть что-нибудь. Кроме самих храмовников. Однако все указывало на то, что Керолу нужно было срочно избавиться от Леда, при этом оставив его в живых. Итог этих раздумий был прежним. "Надо спросить у Керола, перед тем как убить гада".

Солнце клонилось к горячему мареву над дальней крепостной стеной. Лед вышел на улицу, ведущую к центральному храму. Внезапно он понял, что за размышлениями не запомнил обратной дороги. Осмотревшись, Лед увидел справа здание с колоннами и столиками внутри, видимо харчевню, а слева куб, похожий на немного обшарпанный жилой дом. Видимо, в подобных постройках и живут храмовники. А может быть это вообще какие-то мастерские.

Развернувшись, Лед направился обратно, пытаясь вспомнить правильную дорогу. Хорошо, что номер барака он запомнил, потому что тот так удачно совпал с количеством дней до вахты. Забыть было бы трудно. Хотя числа и раньше вылетали из головы Леда с завидным упорством. Впереди бежала его длинная тень. Лед вспомнил Релаумский лес и упыря, от которого он так удачно отбился. Пожалуй, он бы согласился сейчас вернуться в Упыриную Гать. И на этот раз упырям бы было не весело. Но мечты мечтами, а выбраться из Кристаллической пустыни они не помогут. Вскоре впереди замаячили знакомые очертания бараков. Лед, наконец, вспомнил дорогу до своего и прибавил шаг. Раз не удалось толком осмотреться, может быть удастся завести ещё какие-нибудь полезные знакомства. Расспросить про работы и заработок в крепости, например, не помешало бы.

В это время у входов в бараки начали разгораться светильники. Они были магические, как и многое другое здесь. Вдоль улочки тоже загорелась пара светильников на высоте вдвое выше Леда. Они располагались над небольшими каменными кубами, идущими вдоль обочины. Обернувшись назад, Лед увидел как центр крепости и особенно храм весь залился магическим светом. Кое-где гроздья светильников были разных цветов, что создавало необыкновенную элиминацию.

"Кстати, а почему здесь нет женщин?" - подумал Лед. - "Они, пожалуй, отвлекали бы старателей от ужасов вахты посильнее бань, туалетов и цветных фонариков. Надо это тоже выяснить", - и парень заспешил к дверям барака, откуда также лился слабый магический свет.

* * *

- Быстро ты, я думал, только после гонга вернёшься, - Торт, увидев, как Лед вошёл в барак, помахал ему со своей койки. Нижней.

- Да решил не задерживаться, чтоб голодным не остаться, - Лед подошёл ближе и Торт хлопнул ладонью рядом с собой.

- Садись, а то ты к себе на второй этаж ещё налазишься.

- Скоро обед?

- Раз свет зажгли, то скоро. Нашёл чего интересного?

- Харчевню какую-то. Торт, а чего, женщин здесь нет совсем?

- Хах, вот что значит молодость. Что уже на девок потянуло? Вроде же сегодня только из пустыни выбрался.

- Да просто подумал, что женщины мужиков отвлекают от мрачных мыслей покруче жрачки и выпивки.

- Ага, особенно доступные, - и Торт засмеялся, но как-то невесело. - Слышал я как-то от монахов, что были женщины в крепостях. Лет тысячу назад.

- Монахи такое рассказывают? Я думал они все про крепость и кристаллы в тайне хранят.

- Ну, во первых, про кристаллы я побольше многих из них знаю, а, во вторых, нам смертникам они могут любые тайны рассказать, мы то отсюда не выйдем. - и Торт снова невесело засмеялся. - Монахам скучно здесь, а тем более жрецам и магам, вот они и болтают с нами, если собеседник интересный.

- А ты кем был до крепости? - заинтересовался Лед.

- Я в Центральной Магической Школе Трима преподавал, - значительно произнёс Торт. - Оплот свободы, так сказать. Читал курс истории мира и истории магии, ну и курс мудрости.

- Так ты маг?!! - ошарашено воскликнул Лед. Окружающие стали озираться на них. Послышались смешки. Лед смущённо посмотрел на Торта, но тот явно воспринял спокойно и крик и взгляды сокамерников.

- Нет, какой маг будет преподавать историю? Даже если знает её лучше меня? Но кто-то же должен этих оболтусов, со способностями, но порой без мозгов, просвещать? А то они потом такого намагичат. Ещё одна кристаллическая пустыня никому не нужна.

- Слушай, это я удачно зашёл. Надо тебя держаться, - улыбнулся Лед как можно радостней.

- Без проблем, я поговорить люблю, но почти всем старателям мои рассказы до одного места.

- Так что с женщинами, почему их нет? И почему ты сказал "в крепостях"?

- Заметил? Молодец, внимательный. Крепостей восемь. Везде разные боги конечно. И кроме крепостей есть ещё... Хотя давай про женщин, а то так вечно скакать будем. А история у этого мира длинная.

Было время, когда девок в крепости приводили, и они действительно отвлекали от мыслей о срывах. Но настолько сильно, что ни о какой дисциплине речи не шло. Стычки были бесконечными, драки с травмами и смертельными исходами, грызня. И заметь, целители только у нас основная сила. От бога так сказать.

Бунты бывали раз в год или чаще. Гибли и прислужники богов. Из одной крепости пришлось храмовникам бежать. Восставшие потом сгинули в пустыне конечно. И каждый раз приходилось набирать новых рабов-старателей.

А ведь магический ожог даже в пустыне мужскую силу отбирает, а уж на вахте или при срыве тем более. Женщины, манили, дразнили своим присутствием, а утолить страсть старатели ещё и не могли. Быстро в крепостях отказались от присутствия лишних соблазнов. Вот за последнюю тысячу лет правила сформировали практически одинаковые для всех. С учетом божественных сил каждой конфессии. Монахи говорят, пятьсот лет бунтов не было. Не знаю, не врут ли.

- Так срыв мужскую силу отбирает навсегда?

- Ну, до следующей вахты эффекта и от сбора мелких кристаллов хватает. Ты сам скоро не про мужскую силу будешь думать, а как вахту пережить и на срыв не нарваться. Вот говорю с тобой и вспоминаю, что бывают краски в жизни, бывает надежда. Точнее была, - голос Торта печально угас.

- Чертовы вахты. Как они вас так поломали?

- Боль. Сильнейшая боль отпечатывается в душе. Она как бы постоянно в тебе. Уже и не болит ничего, но ты помнишь ужас, когда всё тело пылает болью при срыве. И хотя длится это миг до потери сознания, но этого хватает. А при сборе мелких кристаллов боль пульсирует в руках, терзает мозг и у тебя одна мысль - любой ценой прекратить эту муку, пусть даже руки тебе отрубят. И в то же время страх заставляет тебя ещё и ещё пытать самого себя болью. Потому что за отказ от сбора или срыва наказание ожогом. Это ещё хуже срыва, это не мгновение, это тебя монахи пару раз приложат. Это не понять, пока не почувствуешь. Главное запомни - не отказывайся работать, не будешь собирать - будет стократ хуже.

- И никто не может касаться кристаллов не чувствуя боли?

- Не существует существ невосприимчивых ко всем видам магии одновременно.

- А упыри из Релаума? - вдруг вспомнил Лед особенность этих чудищ.

- А, не подумал про них, - смущённо пробормотал Торт и задумался.

В это время на улице прозвучал гонг.

- Вот и обед. А насчет упырей. У магии огромный спектр. Не факт, что их не берёт никакая магия. Никто же не проверял. Словить живого упыря удалось всего раз десять, не более. И то на окраинах леса. А далеко от Релаума они дохнут. Да и как ты их кристаллы срывать заставишь? И это если они в пыль не рассыплются при этом. Кристалл если големом или зомби срывать - в пыль рассыпается. Некроманты сотню лет экспериментировали и так и этак. У них тоже есть крепость - вот где мрак. Там все старатели пьяные круглыми сутками и даже на вахте. И всё равно мрут один за одним. Вот они-то войны и ведут, нападают на целые поселения в глухих и отдалённых местах. Нехватка рабов постоянная у них, хватают всех подряд. Даже с избытком. Потом другим крепостям продают. В Стиле, том городе после подъёма на скалу, почитай, нет законов, кроме права сильного, а сильные там гильдии замков в пустыне. Вот там меня и обменяли сюда. Некроманты как раз и пожаловались целителям, что половина добычи за кристаллы на вино уходит и на арене пьяные старатели не зрелище, а позорище. Здесь я потом понял, что правила во всех крепостях почти одинаковые, и храмовники в разговорах не раз подтверждали. У нас из-за лечения и арена зрелищней, и текучка меньше.

- Стрелой сбить кристалл значит тоже не выйдет? - спросил Лед хмуро.

- Выйдет. Выйдет щепотка кристаллической пыли. Для некрогриба добавка хорошая. Крови тогда в два раза меньше нужно.

- А?.. - начал Лед, но Торт встал и пошёл к выходу, махнув рукой, приглашая следовать за ним.

- Пошли, обед подвезли.

Бродяга (5)

* * *
И был он злой, как черт. К тому же чем-то сильно недоволен. От залихватской удали не было и следа. А ведь в харчевне она не покидала Керола, даже под мечами целой толпы арканумской стражи. Похоже, кто-то его сильно взбесил, или же не менее сильно напугал. А может быть то и другое одновременно?
- Рассказывай, - хмуро бросил теневой хозяин Центрума. В хмуром виде он вполне себе смахивал на крестного отца из фильмов про мафию.
- У вас тут, в Арзаруме, вообще никто не здоровается, что ли? - оказанный холодный прием, Серому очень не понравился. Впрочем, люди из окружения Керола ему не понравились еще больше.
- Это как с кем, - мрачно ухмыльнулся Керол.
- Я видимо в число, заслуживших приветствие, не вхожу? Даже избавив тебя от больших проблем сперва в харчевне, а потом на этом гребаном мосту? В вашей арзарумской каталажке совсем не сладко, может ты не в курсе. И совсем не ты меня оттуда вытащил. Что вообще за встреча? Может мне сразу развернуться и уйти будет гораздо лучше? – говоря это? Серый в душе надеялся, что так оно и выйдет.
- Заслужил, заслужил, - примирительно заговорил Керол. - Привет тебе и большое спасибо. Не бери в голову. Тут навалилось на меня внезапно всякое-разное. Рассказывай давай, как сумел так быстро выбраться. Как попал, я, вроде бы, в курсе. Умудрился сбежать? Герой! Я еще в харчевне приметил, что ты парень не промах, если ты понимаешь о чем я. - Керол улыбнулся Серому почти прежней широкой улыбкой. Хотя некоторая натянутость или даже вымученность в нем по-прежнему чувствовалась.
- Один темный колдун помог, вот и умудрился, - и Серый не вдаваясь в подробности начал рассказывать историю своего странного освобождения. Керол мрачно слушал, изредка вставляя уточняющие реплики.
- Решетка, говоришь, быстро расплавилась?
- Она просто в буквальном смысле мгновенно испарилась.
- Он плавил их одну за другой? Без всяких приседаний и поклонов? По пять штук в час? Совсем не отдыхая?
- Ну да...
- Дорогу он, значит, хорошо знал? Шли уверенно?
- Сперва, вроде бы, он вообще не знал куда идти. А потом словно бы увидел дорогу. И дальше уже проходил развилки, не задумываясь. По подземельям мы не кружили и в тупик ни разу не попали. Назад возвращаться не приходилось. Просто выбрались наружу и все.
- Хреново, - мрачнее тучи пробормотал Керол.
- Почему?
- Да это я так. Не люблю магов. Все они мутные и подозрительные. Никогда не поймешь, что затевают. А уж просто так, никогда ничего не делают.
- Думаешь, что его ко мне специально подсадили?
- А ты знаешь, это не исключено, - как то даже обрадовался Керол.
- А зачем? Точнее, зачем дали сбежать?
- Поди знай. Дальше что было? Что-то еще мутное магичил этот твой колдун?
- Он не мой. Завал в одном месте разбил одним махом.
- Да, жесткий тип.
- Но я то место, где мы выбрались теперь точно не найду. Можно попробовать, конечно, но вряд ли. После бешеной гонки по катакомбам, я ничего уже не соображал. Мы вышли и тут же разбежались. Он направо по улице, я налево. Так вот и добрался до Семи Якорей.
- Где ты вылез сейчас без разницы. Там наверняка дубья кишит больше чем крыс. Тебя, кстати, по-прежнему не ищут. Только колдуна этого, Риба. Видимо, слишком ты мелкая сошка для них, - усмехнулся Керол.
- Так ты и без меня в курсе всех дел?
- Всех - не всех. Но дубье тоже хочет вкусно есть. Если хочешь держать в кулаке всю тень Центрума, то самых шустрых и наглых ищеек и стражников лучше подкармливать.
- А дубье это кто?
- Да стража это и есть по-нашему, - ответил Керол, задумчиво потирая подбородок, - Тупые они потому что. Ладно, иди уже, тебе комнату покажут. Парни там нормальные, не обидят. Вечером посидим, повспоминаем наши подвиги на Релаумской дороге. Сейчас мне надо тут раскопаться. Куча проблем накопилось, в том числе и твоих тоже.
- А как ты сам в Арзарум-то добрался?
- Вечером поговорим. Реально целую кучу дел надо срочно сдвинуть с места. Так что вали отдыхать, не отсвечивай, - и Керол практически вывел Серого из комнаты за плечи в коридор. - Определи Серого в лежку к Гаду и Зеленому, - негромко сказал он громиле, поджидающему неподалеку, и захлопнул дверь.
Серый обреченно вздохнул и продолжил плыть по течению. Однако направление ему все больше и больше не нравилось. Решив, что качать права пока не время и не место, Серый пошел за громилой к ступенькам скрипучей лестницы. Судя по всему, даже просто уйти из этой банды, ему теперь будет весьма непросто. Зря он сюда явился, но куда было деваться? Раз Риба уже ищут, то и его скоро тоже начнут. Какой-то беспрерывный бег с препятствиями получается.
"Поесть надо было попросить", - запоздало подумалось Серому.
* * *
Пока спускались вниз едва освещенной лестницей, а затем петляли по совсем уже темным коридорам второго этажа, Серый обдумывал разговор с Керолом. Он пытался понять, почему тот был таким напряжённым. Его поведение казалось Серому, мягко говоря, странным и непонятным. Керол больше выспрашивал про возможности колдуна, а не про сам побег. Зачем ему нужен этот колдун? С другой стороны магия - вещь в хозяйстве полезная. Опять же эта полная уверенность Керола, что Серого не разыскивают. Стража у него, видите ли, прикормленная. А может он сам, тоже стражей прикормлен? Если его очень серьёзно и не очень вежливо попросили помочь в поисках колдуна, то станет Керол отказываться? Да уж, тут еще и не так запсихуешь. Но ведь он даже не спросил, в какую Риб пошёл сторону и где они выбрались наружу. Опять же, какая разница, в какую сторону пошёл колдун из неизвестного Серому места? Мог бы спросить, какому богу тот поклонялся? Однако если его попросили помочь в поисках колдуна, то сообщили про Риба гораздо больше, чем знает Серый. Странно. Все это очень странно. Ясно только одно - вся эта бандитская среда малоприятна, как ни крути. И чтобы остаться здесь, надо быть полным идиотом. Правда, бежать очертя голову тоже вряд ли стоит.
"Ох и влип же я тогда, в харчевне! Теперь, похоже, что всю свою жизнь расплачиваться буду. Не исключено, к тому же, еще и весьма короткую".
Они с громилой зашли в комнату, еле освещенную тусклым светом из маленького окошка под самым потолком. Сопровождавший Серого здоровяк, так же молча, ткнул пальцем на одну из трёх кроватей. "Хотя бы не двухъярусные. А то бы совсем казарма какая-то получилась. Добавить ещё орущего сержанта, и полное погружение. Может быть этот типчик немой?" Серый уселся на указанную кровать, а молчун тут же вышел, тихо притворив за собой дверь. "Жуть какая-то. Прямо замок графа Дракулы", - подумал Серый. Не став, ни раздеваться, ни разуваться, он лёг на койку и тут же крепко заснул.
* * *
Разбудил Серого какой-то сутулый парнишка с бегающим взглядом. За окном стояла кромешная тьма. Тесную комнату освещал лишь мелкий огрызок свечи в руках полуночного гостя.
- Пошли в берлогу, тебя Керол зовет, - сипло бросил он Серому. Остальные две кровати по-прежнему оставались пустыми.
- Куда? - сонно переспросил Серый, протирая заспанные глаза.
- Вниз. В зал. Жрать.
- Ага. Ну, пошли. Нормально выспался наконец-то. Теперь если ещё и хорошо поем, то у вас тут можно жить.
- Если жрать и спать дают, то где угодно жить можно, - радостно осклабился щербатым ртом сутулый тип.
- Это, знаешь ли, как кому. Тебя как зовут?
- Нырок.
- Пошли, Нырок,- вздохнул Серый, - Веди меня в вашу берлогу.
Они спустились в огромный зал на первом этаже. Вокруг в полном беспорядке стояло или валялось множество столов, лавок, стульев и табуретов. Хорошо хоть мертвецки пьяных тел видно не было. В одном из ближних углов и дальше у самых дверей шумно веселились какие-то небольшие компании. Центральный стол был самым большим. Его освещал десяток оплывших свечей, стоящих в жалком подобии канделябров. За этим столом сидела еще одна группа людей во главе с Керолом. К нему-то и повел Серого сутулый проводник.
- О, а вот и наш ловкач! - закричал значительно повеселевший Керол. Нырок тут же ускользнул в угол, к веселящимся товарищам. - Садись. Живот-то, небось, сводит? По себе знаю, какова на вкус баланда в Последнем Приюте. Это мы так подземные казематы Арзарумского Бастиона называем, - увидев недоумение на лице юноши, пояснил ему Керол.
Серому освободили место рядом с тем одноглазым, который встречал его днем в холле. Дальше сидел сам Керол. Видимо косматый циклоп его правая рука. В отличие от атамана, одноглазый выглядел, как натуральный бандит. Он цепко рассматривал новичка своим единственным глазом, не забывая при этом обгладывать мясо с приличных размеров кости. Серый, под этим хмурым взглядом, почувствовал себя еще неуютней. Однако запах еды разбудил в нем зверский апетит. Едва сев за стол, он сразу начал высматривать, что бы такого съесть и желательно побольше.
- В Упыриной Гати мы с ним навели славного шороху, - весело продолжал рассказывать Керол, - Когда у Серого в руках арбалет, на пути у него лучше не становитесь. Это я вам, братва, точно говорю. Уж до чего Известь был верткой и неубиваемой гадиной, а Серый его слету подстрелил. А перед тем первым выстрелом другого дуба наповал уложил. Ты, Серый, в курсе, что сейчас половина подпольных магов Арзарума за твое здоровье на радостях вусмерть напиваются? Хоть и не знают они тебя, но за смерть Извести тебе очень благодарны. Даже к гадалке не ходи. Сколько этот червяк людям крови попортил. Белая, въедливая тварь! Была. Эх, ловок ты, шельма. Надо тебя к делу пристроить. Что скажешь?
- Это к какому? - последняя фраза Керола заставила Серого напрячься. Никаких дел ему иметь с этими бандитами очень не хотелось.
- Смотря, что ты умеешь.
В дверях послышался шум. Появилась небольшая ватага мужиков и двинулась к их столу, волоча с собой здорового парня. Заломленные за спину, руки не давали ему идти на своих двоих. Подойдя ближе, пришедшие поставили пленника на ноги. Но рук его так никто и не отпустили. Лицо парня оказалось избитым в кровь. Трудно было определить даже возраст бедняги.
- Ага, Штиц! Добегался, предатель? - радостно воскликнул Керол. - Вот гляди, Серый. Этот гадёныш меня дубью сдал и в ловушку привёл. Да так ловко, что я и понять ничего не смог. Потому-то меня в одиночку дубье накрыло в твоей харчевне. А ведь другом звался. Считай, он тебя в это всё втравил. Что с этой тварью сделать надо, как думаешь?
- Твой друг, ты и решай, - мрачно ответил Серый, дожёвывая здоровенный кусок мяса.
"С такими раскладами снова в оборот попаду. И опять голодным останусь. Сами разбирайтесь", - нервно размышлял Серый. Но, судя по всему, Керол разбираться сам был вовсе не настроен.
- За такое вероломное предательство даже убить мало! Но для тебя, мой друг, это отличный повод себя показать. Сейчас его к вон тому столбу привяжем, и ты его болтами, как следует, нафаршируешь! - осклабился Керол, радостно глядя на Серого. Весь его вид словно бы говорил: "И не благодари!"
- Зачем мне его убивать? Он тебя предал, а не меня, - такой поворот событий Серому совсем не понравился. Он даже осторожно отложил остатки мяса и с опаской огляделся по сторонам. - Ты говорил, что маги мне должны быть благодарны. А ты мне совсем не благодарен? В харчевне и на мосту я тебя считай, что дважды от тюрьмы спас. А может и от смерти. Рискуя жизнью. А свободой на мосту все-таки поплатился. И вот, когда я сам выбрался из Последнего Приюта, ты мне сразу предлагаешь убить кого-то для тебя? Это такая награда, наверное?
Керол помрачнел. У Серого внутри похолодело. Ему внезапно подумалось, что к столбу сегодня могут привязать сразу двоих. Этот матерый бандит наверняка имеет свои понятия о благодарности и чести.
- В харчевне дубье меня бы разве что повязало. Потом мои орлы шустро вытащили меня на волю. То, что я Известь вынужден был порешить, мне только проблем добавило. Прибить этого предателя я прошу не в благодарность, а чтобы ты доказал мне свою верность. Но больно ты, Серый, мутный тип, как я погляжу.
- Я к тебе в банду не набиваюсь. И на такие проверки не подписывался. Убивать связанного человека, которого первый раз вижу, я не хочу и не буду.
- Ну и хрен с тобой! Тащите его в подвал, пускай помучается перед смертью.
Сердце Серого бешено заколотилось, а на лбу выступил пот. Он весь напрягся и попытался привстать. Однако ватага развернулась и поволокла избитого к лестнице. На Серого никто больше не обращал внимание. Юноша облегченно вздохнул и перевел дух. Едва он успел сесть и немного расслабиться, как вдруг с противоположной стороны стола поднялся один из мужиков.
- Керол! Ты, как я вижу, считаешь стычку с Известью и его преждевременную кончину обычной ерундой. Парнишка, подсобивший в этом деле, получается для тебя только помеха. Мы к тебе под руку пошли именно за этот, так сказать, подвиг. А для тебя он совсем ничего не значит. Ты, оказывается, предпочел бы на нарах попариться. Не знаю как Клин и Шерсть, а я со своими ребятами выхожу из твоей тени. Ты что-то совсем сбрендил после встречи с тем магом. Так что дальше пойдем, как и прежде, порознь. Слияния не будет.
Во время этой речи, двое рослых парней, сидевшие рядом с говорившим, не спеша, поднялись. Озираясь, они стали настороженно следить за бандитами, сидящими за столом. У дверей также началось шевеление. Там кто-то шумно выбирался к выходу, переругиваясь вполголоса с остальными. Все трое быстро вышли из-за стола и в полной тишине направились к выходу. У дверей к ним присоединились ещё двое.
- Ну и вали! - зло бросил им вслед Керол. - Одни, Серый, проблемы от тебя. Иди лучше спать. Завтра утром разберёмся, что с тобой делать. Раз не хочешь оставаться, то будешь выкручиваться сам как сможешь. Со дня на день тебя дубьё начнёт искать. Потом прибежишь назад ко мне, но второй шанс будет уже не тот. Совсем не тот. Если вообще будет. А попадешься дубью в лапы, так в Последнем Приюте сгниешь. Если все пытки вынесешь. Еще и про меня лишнего наболтаешь чего доброго. Но мне-то терять теперь нечего. Так что крепко подумай.
Керол, выбравшись из-за стола, направился к лестнице. Ещё четверо, включая одноглазого, последовали за ним. Остальные разошлись кто куда. Большинство пошло к выходу. Серый остался за столом один.
"Плевать, хоть наемся", - зло подумал Серый. Придвинув большую миску, он начал смачно жевать мясо с овощами, запивая немного странным на вкус вином. Мысли при этом в его голове крутились самые мрачные.
* * *
Фарт с раннего утра трясся по ухабам Релаумской дороги в жесткой казённой карете. Верхом было бы гораздо удобнее и быстрее. Но потерять целый день в таком важном следствии, он позволить себе не мог. А верхом на лошади не очень-то почитаешь. Вот и приходилось терпеть, отбивая себе пятую точку на очередной колдобине.
Начали сгущаться сумерки. Впереди, наконец-то, показались огни крайнего, по эту сторону Релаума, постоялого двора, с хлестким названием "Топор". Фарту предстояло в нем и заночевать. Но выспаться вряд ли удастся. Надо порасспросить купцов, что слышно про убийство полицейского отряда. На местных, конечно, не надавишь, а вот купцы в таком деле борзеть не станут. Может, кто знакомый попадётся. Может, кто-то заметил разницу в поведении обслуги в корчме по дороге туда и назад. Может, чего прибыло или убыло. А может, кто с местными накоротке и узнал что-то важное. И если
 подход к такому человеку найти, то он, за прощение грехов своих прошлых, и со следователем информацией поделиться может.
По дороге Фарт читал копии допросных листов. Закончив, он взялся за отчеты о подготовке операции по задержанию главы преступной группировки Центрума по имени Керол. Когда стемнело, Фарт обнаружил, что фонарь в карете никудышный, и чтение пришлось отложить. Но главное он успел. По допросным листам непонятных и подозрительных личностей набиралось десятка три.
Половина из них релаумцы, которые, в одиночку или по двое, шли в Арзарум. Остальные из Канавы и еще одна пара из Трима. Релаумцев можно проверить по дороге, а вот сведения по остальным придется запрашивать через пограничников или даже по дипломатическим каналам. Эти проныры нередко окольными тропами идут через границу. А в Канаве чинуши такие бюрократы, что могут тянуть неделями, а то и вовсе не ответить. Мы-то сами им беглых рабов тоже через раз возвращаем. Однако дело серьёзное, наши дипломаты должны правильно сработать. Из Трима, пожалуй, быстрее всего ответят.
Если бы на Релаумской дороге была магическая связь, то утром часть этих сведений догнала бы меня. Как же ломает всю систему государственной службы, это проклятое бельмо Упыриной Гати последи государства!
Троих фигурантов предварительно легко проверить прямо в "Топоре". Ночевали или нет. Пожалуй, поспать удастся уже только утром в карете, по дороге к следующей харчевне. Отобью себе на ухабах все на свете.
Однако утром Фарту предстояло узнать от взмыленного посыльного про побег из Арзарумского Бастиона. И в самом "Топоре" его ждал подарок, который заставит его спешить и гнать верхом, загоняя лошадей. Так что планам выспаться в карете суждено было остаться всего лишь несбыточными мечтами.
* * *
Выйти в город Серому не дали. Послонявшись по залу и выпив напоследок еще одну кружку вина, он решил подняться в комнату. Зал все больше наполнялся толпой ужинающих и выпивающих бандитов. Или воров, или кем они себя считают. Под их косыми взглядами, Серому становилось все больше не по себе.
Поднявшись на второй этаж, он с трудом отыскал нужную дверь. Юноша обнаружил, что комната так и осталась пустой и к счастью не запертой. Улёгшись на койку, Серый начал прокручивать в голове сумасшедший поток событий, который подхватил его после стрельбы в харчевне. Похоже, этот неумолимый водоворот не отпустит его, пока не утопит. А тонуть Серому совсем не хотелось. Одна только мысль о возвращении в подземный мрак Последнего Приюта заставляла сжиматься все внутри.
И все-таки от идеи остаться в банде Керола Серый сразу же наотрез отказался. То, что он успел увидеть, категорически ему не понравилось. Обстановка в банде совсем не предвещала долгой и счастливой жизни. А вот умереть здесь можно очень даже легко, и это если еще повезет. Одному бедолаге сегодня, например, сильно не повезло. Окружающие Серого бандиты вовсе не были невинными овечками. От любого можно легко получить нож в бок в пьяной ссоре, а то и в спину просто так. По-волчьи прожить остаток дней Серому очень не хотелось.
К тому же была еще стража Арзарума. Или полиция, или дубьё. Как их ни назови, но дело своё они знали крепко. Чтобы словить Керола, они устроили сложнейшую операцию. Такую ловушку не каждая земная полиция организовать сумеет.
Лучше было бы в харчевне посреди Релаума бегать с подносом и мыть полы. Там вокруг тебя хотя бы люди, а не откровенное зверьё, как в этом притоне. Но пути назад нет. Сейчас для Серого возвращение в харчевню Нумара так же невозможно, как попытка дойти пешком обратно на Землю.
С другой стороны, почему собственно невозможно? Если повезёт вырваться из лап Керола, то рвануть в лес вполне приемлемый вариант. В харчевне, после убийства полицейских, для Серого, конечно же, самое опасное место на свете. Но в какой-нибудь соседней деревне ему спрятаться могут помочь. Если вспомнить странное отношение местных к Серому, а также их пренебрежение к королевской власти. А если откажут идиоту, то по заслугам. Главное, что полиции наверняка не сдадут, а просто прогонят. Тогда можно рвануть в Канаву. Хотя без документов на границе ему тоже делать нечего.
Идеальным вариантом было бы найти законную работу в Арзаруме. Поднакопить денег, осмотреться и уже в более спокойной обстановке подыскать себе место получше под местным солнцем.
Как ни крути, а вырваться из банды для Серого сейчас первейшая задача. А вот захочет ли Керол выпустить его живым большой вопрос. Как ни странно, но судя по сегодняшним событиям может и отпустить. Создается впечатление, что Керол почему-то не хочет убивать Серого. Возможно, после спасения жизни, подобная неблагодарность может подорвать его авторитет как главаря? Серому сложно было судить о нравах арзарумского дна.
При этом он был уверен, что сильнее, чем он сегодня, пройти по краю невозможно. Разве что выбежать на улицу и начать во все горло звать стражу, тыкая пальцем в двери этого притона. Если его при этом не убили, то и терпеть долго не станут. Шанс уйти есть, и надо ним пользоваться, пока не стало поздно.
Странным было еще и то, что Керол очень хвалил Серого за меткую стрельбу. Потому что кроме бокса, никаким спортом он раньше не занимался. Стрелял в тире из воздушки по ржавым мишеням, и то раз в год. К тому же не проявляя малейших снайперских талантов. Так, попадал изредка.
Арм с Гратом его тоже расхваливали за упыря. Даже свой законный золотой ему отдали. Сейчас бы ему эти деньги очень пригодились. Но с упырем хотя бы боксерские навыки пригодились. По всему выходило, что в стычках с довольно сильными противниками Серый выходил, если и не чистым победителем, то уж точно живым и можно сказать почти здоровым. Не многим местным это удавалось. Плохо было то, что все эти так сказать подвиги - дело случая. Парень не питал иллюзий и оставался далек от мысли, что сможет повторять нечто подобное снова и снова.
"Завтра надо твердо стоять на том, что хочу уйти. А когда вырвусь из этой бандитской клоаки на свободу, буду решать по обстоятельствам. Можно, к примеру, матросом наняться. Порт все-таки!" - приняв такое решение, Серый немного успокоился. Он понял, как сильно пребывание в банде давит на него. Почти так же, как пребывание в подземельях Арзарумского Бастиона. То же чувство ловушки и безвыходности.
Серый никак не мог сам себе объяснить, чего он ожидал от встречи с Керолом. Однако реальность его откровенно пугала.
"Похоже Керол не готов убивать того, кто спас ему жизнь. На этом можно выехать. Если задержаться, то вырваться будет все труднее. Замажут сразу во всех возможных кровавых разборках, как сегодня с этим бедолагой уже пытались. Потом начнут говорить, что я слишком много знаю. Это только кажется, что после убийства полицейских, падать больше некуда. Сейчас я перед властями бандит бандитом. А оставшись тут и участвуя в их темных делах, я перед самим собой стану последней тварью".
Развернувшись к стене, Серый попытался заснуть. Вокруг стояла кромешная темнота. Слабые отзвуку гулянки едва доносились снизу. Уже задрёмывая Серый услышал, как в комнату ввалилась пара бандитов. На стене перед глазами юноши заплясали отблески свечи. Серый недовольно оглянулся, щурясь на полуночных гостей.
- А, новенький! - заорал один из двух довольно молодых парней. Оба были сильно навеселе. Первый, не дожидаясь ответа, тут же плюхнулся на одну из кроватей и громко захрапел.
- Что, обживаешься? - второй не спеша поставил свечу на один из трех сундуков и начал стягивать сапоги.
- Заснуть пытаюсь, - буркнул Серый. Он сообразил, что и сам не снял ботинок. Однако ему показалось, неудобным встать и разуться. Наверняка сейчас это будет выглядеть глупо с его стороны и обязательно вызовет насмешки бандита. Поэтому он крепче закрыл глаза и попытался снова заснуть.
- Хорошее дело, - задув свечу, второй шумно заворочался, устраиваясь на своей кровати. Вскоре затих и он. Серый в очередной раз отметил, что в местной бандитской среде представляться не принято. Развернувшись поудобнее на твердом лежаке, он вскоре заснул, несмотря на раскатистый храп по соседству.
* * *
Утром Серого разбудил одноглазый. Оба его соседа ещё мирно спали. Спустившись вниз, он увидел Керола, одиноко сидящего за центральным столом. Кроме них троих в зале не было ни души. Одноглазый несильно подтолкнул его вперед.
"Это плохой знак. Или может наоборот хороший?" - подумал Серый, - "Сейчас меня могут убить без свидетелей, или отпустят также без лишних любопытных глаз. Если бы хотели убить, то наверняка не вели бы за стол. В подворотне прирезать гораздо проще. Или во сне наверху прямо в койке. Наверное, Керол не хочет терять авторитет, отпуская меня на глазах у своей банды. Так что сейчас надо стоять на своем. Хочу уйти и точка! Или потом будет поздно".
- Ну, чего надумал? - Керол сразу же приступил к делу.
Стол был пуст. Только перед Керолом стояла одинокая кружка.
"Видимо, если я не с ними, то и кормить меня не собираются. Какие экономные бандиты".
- Я думаю, что мне стоит поискать себя в мирной жизни. Не моё это - убивать людей. Грабить и воровать, я уверен, мне тоже не понравится.
- А ты думаешь, здесь кому-то нравится грабить и убивать? Пиво будешь? - внезапно спросил Керол?
- Не откажусь.
"Хоть какая еда", - подумал Серый. - "Неизвестно когда что-то еще в желудок перепадет. Следующую пайку придется заработать. И очень сомневаюсь, что это будет легко".
Керол махнул рукой и одноглазый принёс две большие кружки. Одну он отдал Серому, а вторую взял себе. Устроившись за столом напротив, он похлебывал пиво и поглядывал исподлобья в их сторону.
- Здесь почти все сироты и бывшие беспризорники, - продолжил Керол, - Из вашей глухомани Арзарум наверняка кажется раем. Только вот жизнь тут, Серый, жесткая как задница буйвола.
Серый, молча, цедил крепкое пиво, и Керол, не дождавшись никакого ответа, продолжил.
- В мирную жизнь, говоришь, тебя тянет? Ну а чё? Запросто! Вон, воду носить можешь наняться. Целыми днями её из реки таскать. Тебе даже вёдра дадут. Старые и дырявые. Но зато примерно с тебя за них вычтут. Так что пару месяцев впроголодь попашешь. Да и потом с каши на похлебку перебиваться будешь. Солому тебе под лестницей кинут, и будешь ночевать вповалку с такими же оборванцами, как сам. Если тележку с бочонком купишь и право набирать воду в городском колодце заодно, то жизнь, конечно, наладится. Голодать не придется, и даже койку снимешь в какой-то ночлежке. Но где же ты столько денег возьмешь, а? На бочку и бумажку разрешительную?
- К кузнецу в подмастерья пойти можно, - попытался возразить Серый, чем вызвал только раскатистый хохот Керола.
- В подмастерья? Да тебя и в ученики то возьмут только за большие деньги. И будешь ты в учениках ходить год или два. Тут денег надо столько, что не каждый купец осилит сыночка выучить. Это тебе не бочку водовоза купить. Может ты сын богача? А то землекопом иди! Света белого не взвидишь, но зато накормят кашей от пуза. На разносе ещё можешь побегать. Работа попроще, но ты же не девка. Без чаевых там не разгуляешься, да и счет надо знать. К тому же с твоим характером, ты в тот же день с кем-то поцапаешься. Так что ещё и денег должен останешься. Тебя такого трудолюбивого каждый стражник на счётчик поставить сможет. А наш теневик или кто-нибудь из другого района, без разницы, подрезать запросто может. Или ограбить. А там где поприличнее место и работа почище, да к тому же еще и денежная, с тебя сперва немало денежек слупят за вход. А где сиротам столько монет набрать? Вот и приживаются у нас.
- Керол, я не сирота и не калека. Может как-то выкручусь. Не лежит душа к вам, уж извини, - хмуро ответил Серый.
- Ну нет так нет. Потом вернёшься - с низов придется начинать. Сейчас я тебя рядом с собой бы поставил.
- Если вернусь - значит судьба такая, - сказал Серый допивая кружку.
Керол поежился от утреннего холодка. Серому тоже было немного зябко, но в животе уже потеплело от пива. Захотелось на воздух.
- Ну, удачи. Извини, если что не так было. Жизнь у нас нелегкая, а ты тут ещё попал в самый неудачный момент. И своих проблем подкинул.
- Да ладно, - на радостях размяк Серый. Похоже, удалось все-таки вырваться. Теперь у него впереди непростые поиски места работы и нелегкая жизнь Арзарумского работяги.
- Если будут какие-то тёрки с нашими - обращайся. Недоразумения разрулим. Нашим в ущерб идти не обещаю, но зазря обижать тоже не позволю. Всё же ты мне не раз помог. Я не такой неблагодарный, как тебе наверное показалось. Просто навалилось кучей то одно, то другое.
- Договорились, - радостно сказал Серый. Они пожали друг другу руки.
В это время в дверь вломилась пара взмыленных пацанов лет четырнадцати.
- Медяка черные храмовники на площади замели! - с порога заорали они.
Керол резко сел на стул. Его лицо выражало полнейшее отчаяние. Но очень скоро его заменила злость.
- Как?
- Да облаву устроили на мелких. Троих замели и Медяка нашего с ними.
- Вот, Серый. Ты говоришь мирная жизнь. Что ты против храмовников этих сделать можешь? Твари скорешились с военными и теперь беспризорную босоту для своих жертвоприношений по подворотням и рынкам вылавливают. А дубью плевать. Им даже проще, что воруют меньше. Надо Медяка отбивать. Не прощу себе, если эти твари его на алтаре жизни лишат. Зови Розгу с его братвой и Стырка с Бельмом, - обратился он к одноглазому. - И Шкет ещё должен на месте быть. Ну что, Серый, прощай. Беги за длинным арзарумским золотым. Или, может, поможешь пацанят вытянуть напоследок? Не заслужили они мучений на алтарях храмовников.
- Вытащить пацанов помогу, но потом уйду, как договорились, - хмуро ответил Серый. У него здорово шумело в голове от едва сдерживаемой ярости. Медяк был самым адекватным из всех, встреченных им у Керола, теневых работников. Не помочь в спасении этого ребёнка и остальных схваченных вместе с ним детей, было бы совсем скотством с его стороны. Тогда и из банды уходить не стоит. Тут ему самое место тогда.
"Отобьем у этих храмовников ребят, и я распрощаюсь с Керолом навсегда".
- Так, давай подробности, где мы их подловить успеем? Они наверняка к себе фургоном поедут? - начал расспрашивать Керол двоих мальчишек.
* * *
Серый и ещё двое стояли в узком переулке. Взрослый мужик по имени Стырк посматривал из-за угла за движением. Улочка была тихой и пустой. То ли утро слишком раннее, то ли тут всегда не очень людно. Именно такое место лучше всего для засады. Стырк должен подать сигнал и указать на фургон храмовников. Он хорошо знал их по внешнему виду. Второй парень, немногим старше Серого, спокойно ждал сигнала, прижавшись к стенке. Звали его Бельмо. Серого вооружили кинжалом и не очень удобной дубиной. Хотя он, конечно, рассчитывал на арбалет.
"Зато дубиной наверняка никого не убью. И так на мне уже два трупа".
На противоположной стороне улицы и немного впереди располагались ещё две засады. Храмовников должно быть не больше пяти. Керол успел собрать полторы дюжины головорезов. К тому же на их стороне был момент внезапности.
Мышцы ныли от напряжения, ноги неприятно подрагивали. Мандраж перед боем был очень сильный. Серый старался гнать от себя страх и сомнения.
"Бой должен быть коротким. Задавим гадов числом, освободим
 мальчишек и скроемся в ближайших переулках".
Ожидание становилось все мучительней. Серый начал подумывать, что это может быть банальное ограбление. Хотя зачем такие хитрости Керолу? Серый, после подобного обмана, точно не останется в банде. Вряд ли это какая-то хитрость. Когда уже будет сигнал к атаке? Проклятое время ползет как дохлая улитка. Серому казалось, что в засаде они уже битый час.
- Едут, - коротко сказал Стырк и вынул, завёрнутую в какие-то лохмотья, саблю. Бельмо поднял дубинку, прислонённую к стенке рядом с ним.
- Твари, отпустите! Чтоб от вас ваш кровавый бог навсегда отвернулся. Волки позорные! - послышалось со стороны приближающегося темного фургона. Серый узнал детский голос. Это кричал Медяк. В глазах у него все размылось от выступивших слез. Остатки сомнений вылетели из головы. Он поудобнее перехватил дубину и приготовился броситься в бой.
- Пора, - гаркнул Стырк и метнулся вперёд. Серый побежал вслед за ним.
Стырк уже вовсю рубился с мощным мужиком в темной кольчуге, когда Серый вынырнул из-за угла. На голове у храмовника был капюшон с короткой накидкой, который он как раз отбросил на плечи. Серый попытался подскочить к противнику Стырка сбоку. Но справа к нему самому уже подбегала пара других храмовников. От конца темного фургона спешило ещё двое. Сзади громко хекнул Бельмо, и его дубина странно звонко столкнулась с палашом одного из набегавших охранников фургона. Серый успел только дважды взмахнуть своим неудобным оружием, а бельмо уже мешком оседал на брусчатку.
- А-а-а!!! - заорал Стырк и отчаянно бросился уже на троих врагов. Один из храмовников плашмя спокойно ударил его по левому уху, и Стырк кулем осел на землю. Серый успел ударить дубиной одного из храмовников по руке. В ответ раздалось едва сдерживаемое шипение и звон об стену дома выбитого палаша. После чего юноша тоже погрузился во тьму.
* * *
Серый пришёл в себя от тряски и сильной боли в голове. Он валялся не связанный внутри повозки храмовников. Оружия, конечно же, рядом не было. Полумрак внутри фургона позволял легко рассмотреть окружающих.
Их, как ни странно, было всего трое. Не считая самого Серого. Рядом, сидя в позе лотоса, на него грустно смотрел Медяк. Бельмо, приподнявшись на локте, яростно тер второй рукой окровавленный затылок. Стырк до сих пор валялся в беспамятстве.
- Что случилось? Почему ты один? - удивленно спросил Серый Медяка.
- Все-таки, Серый, ты тупой. Кого ещё ты ожидал тут увидеть?
- Ещё же двоих пацанов схватили вместе с тобой. Или троих? - Серый аккуратно пощупал затылок, ожидая найти там здоровенную шишку. Но ничего такого его пальцы нащупать не могли. Словно его и не били чем-то тяжелым по голове.
- Один я был. Залез к фуражёрам целителей в комнату и попался, - неохотно ответил Медяк.
- К целителям? - взвыл Бельмо. - На кой черт ты к ним полез?!! Это же каторга без возврата!
- Керол велел, вот и полез. Сказал, что вы меня отобьёте вместе с Серым. Если, конечно, он согласится остаться под началом Керола. А если нет, так для тебя Медяк, говорит, и план "Б" не плох. Ты, Серый, по-видимому, не согласился, - грустно закончил нахохлившийся мальчишка.
- И что? - Серый по-прежнему не понимал, что происходит.
- И вот он - план "Б", - Медяк похлопал правой рукой по дну фургона. - Быть мне теперь монахом у целителей. А для вас всё хреново, конечно.
- Гад, гад, гад!!! – яростно заорал Бельмо. - За что-о-о?
- Да что не так с этими целителями? - Серый понял, что его подставили. Нет никаких злых храмовников, а есть непонятные целители. И еще один самоуверенный идиот с Земли, который умудряется влезть во все возможное дерьмо, попадающееся у него на пути. Как так можно постоянно находить проблемы на свою голову???
- Просто за нападение на целителей полагается каторга в кристаллической пустыне в Империи Лис. А хуже этой каторги, по слухам, почитай ничего и нет, - мрачно пробормотал Стырк. Он пришёл в себя, но продолжал лежать навзничь, равнодушно уставившись в потолок фургона.
- Ты для чего полез в это гиблое дело? - спросил Медяк. - Знал же наверняка, на кого нападаете.
- Я должен был умереть. Но не свезло, - меланхолично ответил Стырк. - На мне такой долг висел, что жене с сыном хоть в море топись. А так Керол долг простил. Еще и денег подкинул. Может, выпутаются.
- Медяк, зачем ты к этим вашим целителям на каторгу нарвался? - спросил Серый, пытаясь окончательно прояснить все моменты.
- Не прав ты был, Серый, - неохотно ответил Медяк. - Не такой я уж и умный оказался для арзарумских теней. Слишком острый язык свой держать за зубами мозгов не хватило. Меня там один типчик уже давно подрезать грозился. Керол сказал, что больше за меня заступаться не станет, раз я сам нарываюсь. А целители на каторгу детей до пятнадцати лет не отправляют. Так что мне теперь прямая дорога в монахи. Может даже храмовым магом стану. Буду воевать за дело Атката. Или исцелять его же именем. Не худший бог, как на мой взгляд. И орден богатый. Так что я, пожалуй, ещё и выиграл. Как минимум жив останусь.
- А мы?
- А нам конец, - все так же равнодушно ответил Стырк.
- Никто еще не вернулся с каторги храмовников. Такую жуть про них рассказывают. Лучше смерть! - ноющим голосом вклинился Бельмо. - Но целители даже убить себя не дадут!
- Откуда же жуть, раз никто не вернулся? - попытался логически возразить Серый.
- Думать надо было раньше, а не умничать, когда нас всех на каторгу везут, - огрызнулся Бельмо и лег, отвернувшись к стене фургона.
Разговор увял. Трясясь на жестком полу фургона, Серый все больше осознавал, что судьба ему устроила очередной вираж. При этом, похоже, гораздо паскуднее всех предыдущих. Одно Серый знал точно: такую подставу Керолу он никогда не простит.
После того, как он, рискуя жизнью, спас этого гада от тюрьмы и смерти. Именно смерти. Если полиция столько сил потратила, чтобы словить хитрого поддонка, то никакие братки его бы из Последнего Приюта не вытащили. Так и сгнил бы в каменном мешке. Или казнили бы публично. Наверняка за ним подвигов всяких числится на десяток смертных приговоров. И такая вот благодарность за спасение!
- Тварь! Убью гада! Вернусь и убью! - вырвалось у Серого.
Все удивленно посмотрели на него. Серый понимал, что его угрозы звучат смешно в этом фургоне. И впереди у него жуткая неизвестность. Но в нем крепла решимость переломить, наконец, фатальный ход событий и стать хозяином своей судьбы в этом мире. У него появилась цель - отомстить Керолу за вероломство. В харчевне Серый совершил глупость сам. Винить за нее никого не мог. Однако эта наглая подстава - большая ошибка неблагодарной твари по имени Керол.
- Убью.

Бродяга (4)

* * *
По низким каменным коридорам и неудобным винтовым лестницам они поднимались всё выше. Серому казалось, что он шагает в непроглядный мрак. Факел охранника едва выхватывал из окружающей тьмы маленький круг света. Играя неверными отблесками на влажных камнях стен, чадящее пламя делало окружающую темноту ещё чернее. Однообразие подземных переходов скрадывало расстояния, и подъём растерянному пленнику начинал уже казаться бесконечным. Изредка душную и промозглую темень впереди разрывал свет факелов на стенах. Пару раз, непонятно откуда, прорывались едва живые лучики солнца. Или это слабый лунный свет?
Когда подъём закончился и Серого завели в тесную каморку без окон, он вздохнул с облегчением. Тут было гораздо светлее и уютнее, чем в каменных кишках позади него за дверью. Стол, стул и лавка - вот и вся мебель. Но после гнилой соломы на полу камеры и эта обстановка допросной казалось королевской роскошью. Тройка свечей на столе и ещё пара в углах возле лавки светили ровно, придавая помещению жилой вид. В остальном обстановка не радовала глаз. Однако отсутствие, каких либо инструментов для пыток, или тех же колодок с кандалами, немного успокоило бешено колотящееся сердце юноши.
- С кем ты шёл по Релаумской дороге? - спросил его в лоб, невысокий сутулый человечек с цепким и злым взглядом.
- Сам, - тут же ответил Серый.
- Давай не начинать с вранья? По Релауму сами не ходят!
- Шёл я до "Топора" вслед какому-то обозу. Но не вместе с ними. Батя говорил, что они деньги зря только содрать могут. А после "Топора" он велел не мешкать, а шевелить ногами. Места уже мирные. Можно не бояться.
- Значит, имён знакомых или попутчиков назвать не можешь? - лицо незнакомца из равнодушного стало суровым, а газа, кажется, ещё злее.
"Это он меня пугает? Или правда решил, что я и есть главный злодей? Самое поганое, что он, гад, прав. Я и есть главный убийца полицейских по собственной глупости!" - заметались мысли в голове Серого. Видимо на его лице это не отразилось, или же допрашивающий как-то по-своему расценил поведение затравленного юноши. Потому что он равнодушно продолжил, садясь за стол.
- Тогда начнём по порядку. Я дознаватель Торва. Если вспомнишь чего или спросят потом, кто первый допрос снимал, то так и скажешь. Ко мне обращайся сейчас постоянно точно так же. А то забудешь сразу, как в камеру уведут. А забывать не советую. И особенно не советую врать. Не выпустят тебя отсюда, покуда все твои слова тщательно не проверят. Чем больше соврёшь, тем печальней для тебя будет следующий допрос. Уже в пыточной! Ясно?
- Да, дознаватель Торва.
- Смышлёный? Или бывал уже у нас? Про враньё тоже сообразил, чем чревато?
- Мне незачем врать, дознаватель Торва! Мне на волю надо, деньги зарабатывать. Сезон не бесконечный, а меня дома с наваром ждут.
- Ха-ха, старая шутка, но смешная. Будто бы кто-то из вашего брата потом домой возвращается. Или сгинешь, или приживёшься в Арзаруме, но в Канаву не вернёшься. Видал я вашего брата. Может даже чего домой с оказией передавать будешь. Но твою кислую физию родня уже не увидит. Особенно если будешь врать! Тогда тут в подвалах и сгниешь. Белый свет увидеть охота? Вот и не ври!
Четверть часа Серый рассказывал свою историю, выдумывая ее почти на ходу. Важно было не только правдоподобно рассказать, но и запомнить свой рассказ. Если словят на вранье прямо сейчас, то пыточная тут же встретит Серого жаркими объятьями.
Однако рано или поздно, но пыток Серому все же избежать не выйдет. Сколько времени надо властям Пикасто, чтобы узнать, отправлялся ли в дорогу и известен ли местному крестьянину Свиту из глухой канавской деревеньки Мелкие Хлебцы некий его отпрыск Орс? Все имена Серым выдуманы. Точнее взяты из рассказов друга Свита, как раз уроженца Канавы. Одно только название деревни - правда. Может хотя бы не сразу за шкирку возьмут. Но дальше что? Вся правдоподобность рассказа про путешествие позади обоза до самого моста - чушь. Главного ведь никто в этих Мелких Хлебцах не подтвердит. Потому что не было там никогда никакого Орса. Скорее всего, и Свита никакого там нет, хотя имя Серый выбрал самое распространённое для канавской глуши.
Те, кто мог за него вписаться в этом мире и подтвердить выдуманную легенду, находятся в той самой злополучной харчевне, упоминание про которую сейчас для Серого само по себе уже смертный приговор. А расскажи он всю правду, так только приблизит свидание с палачом. То-то бы дознаватель удивился. Но лучше не стоит.
"Так что, сколько мне жить осталось, отмеряет сейчас нерасторопность арзарумской милиции или стражи. А рыть они будут резво, раз всех подряд с дороги замели. Только то, что задержана огромная толпа народу, может немного замедлить проверку", - такие мысли бродили в голове Серого по пути обратно в камеру.
* * *
* * *
В камере царило полное уныние.
- Меня завтра убьют. Повесят гады. Пришли, обрадовали! - Риб был мрачнее тучи, а голос его предательски дрожал, - Ты то, небось, отбрехался? Наплёл-то чего?
- Сказал, что из деревни в Канаве.
- Не удивил ты видимо дознавателя. Ну, это тебе до пыточной неделя отсрочки осталась. Помучаешься маленько и меня на том свете догонишь, - истеричный смешок Риба прозвучал дико и страшно.
"Должен же быть выход! Почему я не маг?!"
Дома, на Земле, Серый придумывал себе всякую всячину. Представлял, что владеет силой, что может захотеть - и сбудется. И надо сказать, был он довольно везуч. Нередко сбывалось. Случайность? Или просто он никогда не загадывал ничего несбыточного? А может как раз несбыточное никогда и не срабатывало? Как бы там ни было, а его везение закончилось в этом каменном мешке.
Если бы только Риба простил его темный бог и вернул тому магическую силу. Ведь чернокнижник раскаялся и готов на все, чтобы избежать смерти. Серый и сам уже готов был дать магу сил, лишь бы это только помогло выбраться из этой холодной, кромешной тьмы. Без куртки и ботинок, выданных ему Нумаром, Серый давно бы уже окоченел в этом подземном склепе. Что они там, в Релауме, думают о нем? Даже Грату наверняка сейчас не до шуток.
Риб издал странный хлюпающий звук. Серый испуганно обернулся. Он с трудом разглядел в полумраке лицо колдуна, бледное даже в отблесках далёкого факела. Было похоже, что Рибу вкатили клизму. Здоровенную, литров на пять или все десять. И ещё в глазах бывшего мага появился проблеск безумия. Неужели старик сошёл с ума от страха? Жуткий холодок пробежал по спине Серого. Сидеть с безумцем в подземной клетке - этого ему только не хватало.
Риб нервно сглотнул и что-то просипел. Сперва Серый не расслышал, но колдун повторил ещё раз.
- Надо попробовать, - озираясь по углам и странно косо поглядывая на Серого, он пошёл к решётке, - обмотай руки соломой и вот этой тряпкой, - велел Риб, показывая на примере, что и как требуется сделать. - Быстрей, пока не прошло! - истерично взвизгнул он, и вновь со опаской покосился на Серого. Юноша понял, что в глазах колдуна не безумие, а страх. А может и то и другое.
"Точно тронулся", - подумал Серый, стараясь исполнять всё, что велел Риб, ни в чём не переча сумашедшему.
Подойдя к решетке, маг вытянул к ней свои тощие руки со скрюченными пальцами и закрыл глаза, что-то невнятно бормоча. Полыхнуло так, что Серый на минуту ослеп. На него пахнуло обжигающей волной сухого воздуха. Проморгавшись после ослепляющей вспышки и дождавшись пока немного потухнут радужные круги перед глазами, он увидел, что стальные прутья, отгораживающие их нишу от коридора, исчезли. Они в буквальном смысле слова испарились. В решётке теперь зияла здоровенная круглая дыра трёх метров в диаметре. Пылающие жаром обрубки стальных прутьев, торчали по ее краям из стен, пола и потолка. Риб смотрел на Серого уже в каком-то абсолютном ужасе.
- Ну, что дальше? - спросил маг шопотом.
- Наверное надо выбираться?
- Ага. Пошли.
И они пошли. Но не в ту сторону, куда водили на допрос Серого.
- Ты уверен, что нам сюда? Выход в другой стороне.
- Нет, не уверен. Но в лапы к охране нам точно не надо. Хотя... - Риб снова как то странно посмотрел на Серого и даже приостановился. - Нет, сперва попробуем эту сторону проверить. Серый вздохнул с облегчением. Похоже, Риб не терял рассудок. Более того, у них появился шанс на спасение.
Они торопливо бежали коридором, пока не упёрлись в решётку, перегораживающую проход. В ней была дверь. Но она была закрыта на пару огромных висячих замков. Риб плотоядно улыбнулся и вновь вытянул руки вперёд. Серый торопливо отвернуться, прикрывая глаза рукой. Спустя мгновение решётка исчезла в оранжевой вспышке, видимой даже сквозь закрытые веки. Переступив дымящиеся остатки решетки, узники заспешили дальше.
- Ты уверен, что мы найдём выход? - снова с сомнением уточнил Серый.
- Теперь да. Я же ведь не только решётки плавить умею. Теперь умею. Плавить, - истеричный смешок вырвался из груди мага. - Испарять!!! - бросив быстрый взгляд на Серого, Риб продолжал уверенно семенить вперёд, чем-то напоминая большую крысу.
Последний факел возле двери, которую Риб развеял вместе с замками и решеткой, угас далеко позади. Их обступила непроглядная тьма. Раздалось бормотание Риба, и его волосы засветились. А также почему-то ногти на руках. Вид колдун при этом приобрёл жутко потусторонний. Зато стало светлее, чем даже от факела охранника. Темнота перестала мешать быстрому бегу по низким изгибающимся коридорам и больше не нагоняла прежнюю нерациональную жуть. Теперь жуть уверенно семенила рядом с Серым, сияя словно призрак. Не хватало только инфернальных завываний.
Появились боковые ответвления. Когда после пары пропущенных темных провалов, Риб уверенно свернул в один из проходов в правой стене, Серый понял, что колдун выбирает нужную дорогу, а не ломится наугад. Они перешли с бега на быстрый шаг. В Сером стала крепнуть надежда, что они смогут вырваться на свободу.
Риб словно бы совсем перестал бояться, что их догонят. К тому же он абсолютно уверенно выбирал дорогу, словно зная куда нужно идти. Может у здешних крыс спросил? Или у какой другой тёмной живности?
Очень скоро Серый потерял счёт поворотам и развилкам. Он просто шёл за Рибом по пятам. Испарилась ещё парочка решеток, оказавшаяся на их пути. Эти были намного более ржавые и хлипкие, чем предыдущие. Последнюю они вдвоем с магом, пожалуй, смогли бы сломать даже голыми руками. За пару-тройку дней.
Затем они оказались на дне захламленного колодца, с ведущими ввысь ржавыми скобами на грязной стене. Риб сразу же начал взбираться вверх. Серый старался не отставать. Высота была огромная, но усталости не чувствовалось совсем. Азарт побега и вкус надежды на избавление от жуткого будущего в руках палача пьянил и придавал сил. Вместе с тем, вновь обретший прежние силы, Риб вызывал у Серого огромное беспокойство.
"Вовремя этот его темный бог простил мага. Словно в голливудском фильме - в последний момент вернул магическую силу. Но как бы Риб не решил на всякий случай и меня испарить. Характер-то у него припаскудный, как ни крути. Он теперь для своего бога маму родную не пожалеет", - Серому совсем не хотелось, из суровых лап властей, попасть в цепкие руки колдуна, который, к тому же, человеческие жертвоприношения своему темному богу считает чем-то само собой разумеющимся и вполне естественным.
"Вымолил все-таки, старый хрен, прощение. Попугали и простили. Но мало ли какие ему испытания выпишут. Его бывшей возлюбленной точно не поздоровится. Жалко девушку. И никак ведь ей не помочь. Разве что компанию на жертвенном алтаре составить, чтобы скучно не было. Надо рвать когти отсюда и разбегаться с колдуном при первом же случае".
После колодца было ещё полчаса петляний по узким и широким катакомбам. Один завал, разлетевшийся вдребезги, после заклинания Риба, особенно впечатлил Серого. При этом осколки разлетелись не дальше, чем на три-четыре метра, не задев Риба и Серого. Похоже магия в этом мире очень могущественная вещь.
Впереди забрезжил свет. Солнечный. Это снова был колодец, но теперь далеко не такой высокий. Свет пробивался сквозь щели круглого люка вверху. Как оказалось - деревянного. Проходом, похоже, пользовались часто - железные скобы были гладко отполированы многочисленными касаниями рук. Люк находился в какой-то обшарпанной каморке посреди глухого переулка. Рядом находилось ещё несколько хлипких дверок. Выбравшись в переулок, они направились к недалекой улице впереди. Выйдя на брусчатку и оглядевшись по сторонам, Риб узнал местность, о чем тут же сообщил Серому.
- Это Говейный Ряд. Окраина Арзарума. Ты со мной пойдешь или будешь искать этого своего Керола? - судя по выражению лица мага, ему, так же как и Серому, не хотелось дальше продолжать совместное путешествие. Юноше снова показалось, что Риб побаивается его. Оставаться с опасным колдуном, который то ли боится Серого, то ли почему-то не доверяет ему, совсем не хотелось.
- Да, поищу Керола. Спасибо, что помог выбраться.
- Тебе спасибо.
- Ты бы с тёмными силами лучше завязывал, - Серому вдруг захотелось хоть как-то вспомнить про свою совесть или наоборот успокоить ее. - Не стоят человеческие жертвоприношения никакого могущества, - тихо добавил он.
- Хорошо, - как-то нервно ответил Риб. - Я пошел?
- Да, может быть, ещё увидимся.
Риб резко кивнул. Развернувшись, он посеменил, не оглядываясь, направо по улице. Серый рысью припустил налево. Чтобы лишний раз не испытывать судьбу, он старался побыстрей скрыться с глаз темного колдуна. Все что мог сделать для абсолютно незнакомой ему девушки, он сделал. Теперь ему предстояло найти дорогу к Центруму.
*
Солнце стояло в зените. Улица небольшим уклоном сбегала куда-то вниз. Переулок, откуда они с Рибом только что выбрались, давно скрылся вдали за изгибом грязноватой улицы. Старые и порядком обшарпанные деревянные дома выстроились неровной чередой вдоль разбитых обочин по обеим ее сторонам. Из дверей нетвердой походкой курсировали, под завязку набравшиеся, личности средней степени потрепанности под стать окружающим домам. Видимо, вокруг были сплошные кабаки. Рядом же порт.
Совсем не похоже, что тут можно найти красоток, которых так расхваливал Керол. Хотя, он что-то говорил, будто бы порт в Арзаруме далеко не один. Риб сказал, что это окраина города. Возможно, это именно один из портов и есть. Но какое вокруг все-таки захолустье.
Охрана хватится нас быстро. Наверняка уже ищут обоих. Наш побег незаметным и тихим не назовёшь. Я города совсем не знаю, знакомых поблизости не имею, деньги все забрали при аресте вместе с кинжалом и поясом. Ботинки и куртку со штанами оставили и то хорошо. Но сейчас, в плотной полотняной куртке, здорово припекало. Лавок, чтобы спросить дорогу, никаких видно не было, а заходить во встречные кабаки, у Серого не возникало никакого желания. Даже трезвых прохожих пока что ни одного не попалось. И это в полдень, в солнцепек. Натуральная клоака. Но у кого-то спросить дорогу всё-таки нужно.
Впереди показался перекрёсток. Говейный Ряд пересекался с более широкой и, с виду, респектабельной улицей. Дальше и сам Ряд тоже начинал выглядеть более презентабельно. У дверей кабака, расположенного прямо на перекрёстке, стоял первый трезвый мужик, задумчиво почесывающий бороду. Видимо решал зайти или
 нет. Серый поспешил задать вопрос, пока тот не успел решиться. Судя по местным, они в этом деле скорые на руку.
- Уважаемый, отсюда далеко до Централа?
- Может, до Центрума? Совсем дикий? Из Канавы, небось, недавно вылез? Может ещё и беглый? - ощерил мужик в наглой ухмылке щербатый рот. Его взгляд так и говорил: "Понабирают по объявлению!"
- Да, вот только сегодня в городе. У меня с братвой встреча в Центруме. Мне эти названия без разницы. Потом сами в голову залезут, - попытался Серый подстроится под тон собеседника.
- Встреча! Деловой!!! - заржал мужик совсем пренебрежительно. - Ну, малек, так и иди по Говейному пока через мост не перейдёшь. Там сразу налево и вдоль Соснянки по Портовому Тракту до самого конца. Как на площадь Семи Якорей выйдешь, так это вот самый центр Центрума и будет.
- А Соснянка это что?
- Река это, балда. Деловая, - и мужик снова заржал.
- Спасибо добрый человек, - решил не пытаться выглядеть круче, чем есть Серый.
- Ага, добрее видали. Вали уже! А то я, болтая тут с тобой, трезвым луну увижу, - и мужик уверенно рванул к дверям кабака.
"Говейный ряд потерял в его лице последние остатки трезвого разума", - усмехаясь, прокомментировал про себя Серый.
Идти оказалось только до моста намного больше часа. Несколько раз Серому навстречу попались небольшие отряды вооруженной стражи, которые не обращали на одиноко идущего юношу абсолютно никакого внимания. Злорадно усмехаясь, он даже начал подумыват, не уточнить ли у них дорогу к Центруму. Но решил не искушать судьбу такой откровенной наглостью. Везение не вечно.
Дома вдоль улицы становились всё приличнее. Появилось много добротных каменных фундаментов. То тут, то там стали попадаться разнообразные лавки. Иногда Серый проходил мимо небольших площадей с маленькими базарчиками. Шикарного вида особняки прятались за заборами, или наоборот выбирались парадным фасадом прямо на мостовую. Город все больше приобретал какой-то курортный колорит. Это немного не совпадало в понимании Серого с образом портового района. Зато он начинал верить, что в местных злачных местах можно встретить тех самых знойных красавиц.
Река Соснянка оказалась очень широкой, с великолепным мостом, соединившим ее зелёные берега. Вид с середины мощной арки с белыми мраморными перилами открывался великолепный. Множество то ли дворцов, то ли храмов, а может быть все вместе и вперемешку, возвышалось на отлогих берегах спокойной реки. Дальше по течению виднелась плотина, а за ней синела морская дымка. Едва слышный прибой, ещё больше усилил ощущение приморского курорта. На реке плавало множество барж. Гребных. Видимо из-за того, что мосты здесь не разводные, мачты не в ходу. Или их тут ещё не придумали? Было бы здорово стать первооткрывателем паруса. Хотя знаний Серого едва должно было хватить на что-то, вроде ладьи викингов.
Совсем уже в приподнятом настроении Серый пересёк мост и весело прошагал мимо очередного отряда равнодушных стражников. Вспомнил, как первый встреченный им отряд, внезапно вынырнувший из переулка, заставил его сердце гулко ухнуть сквозь пятки на каменную мостовую. Серый весело рассмеялся. Никто его, похоже, не разыскивает. Риба судя по всему тоже. Это удобно, хотя и не очень понятно. Чудесное избавление кружило голову. Серго так и подмывало броситься вприпрыжку, по залитой солнцем улице.
Вот и поворот на Портовый Тракт. Широченная улица с совсем уже шикарными до неприличия домами. И очень оживлённым движением: телеги, фургоны и кареты разных размеров, форм и расцветок текли беспрерывными потоками в обоих направлениях. Движение левостороннее, отметил Серый. И оно регулируется. Тут изобрести велосипед не выйдет.
На жаре захотелось пить. Множество ярких лавок вокруг предлагало порадовать свой желудок едой и питьём. Отсутствие денег всё больше портило настроение. Неужели здесь нет возможности попить бесплатно воды? Серый ускорил шаг, стараясь быстрее добраться к цели. На площади Семи Якорей должно точно найтись местечко, где о нём предупреждены. Возможно, хотя бы там ему удастся напиться.
Стражники рано или поздно начнут искать их с Рибом по приметам, а может быть даже по рисунку. Дознаватель Торва - глазастый малый и наверняка отлично запомнил лицо Серого. Сыск в Арзаруме, судя по всему, поставлен серьёзно. Цивилизация. Даже правила уличного движения существуют.
Полчаса быстрой ходьбы, и улица стала снова меняться. Меньше стало дворцов, появилось большое количество каменных коробок с чадящими трубами или просто гудящих как улей. Промышленность? Лавок и базаров меньше не стало, а кабаков стало даже больше, чем раньше. Попадались великолепные строения, похожие на рестораны или даже целые отели. На их открытых трассах за столиками сидели и ели хорошо одетые люди. Ощущение курортной зоны не пропадало, несмотря на вкрапления чего-то похожего на промышленность. Ещё через пару десятков минут Портовый Тракт раздался в стороны, превратившись в огромную площадь. По центру ее кипел шумный базар. Но широкая полоса вдоль домов по кругу была заполнена круговоротом повозок и пешеходов. Порядка в движении на площади, по сравнению с Трактом, было совсем немного.
Видимо, это и есть площадь Семи Якорей. Серый двинулся налево по кругу в поисках какого-нибудь злачного заведения. Искомое нашлось довольно быстро. Это был кабак, а может харчевня, Сломленный Якорь. С надписью на немного выцветшей вывеске и рисунком якоря. Почему-то абсолютно целого. Хотя как должен выглядет сломленный, а не сломанный якорь? Читал Серый пока слабовато, но, как он заметил ещё в релаумской харчевне, многие местные читали даже хуже него. Возможно какой-то ньюанс в названии от него ускользнул. Внутри заведения был небольшой полумрак. Как говорится, без шума и без драк. Чисто и просторно, особенно как для портового кабака. Большая часть столиков была занята. И к тому же большинство посетителей ели, а не пили. Хотя в такую жару пить - это удел, наверное, совсем уж пропащих личностей.
"Например, обитателей Говейного Ряда", - пришла в голову Серому. - "Насколько может быть разным впечатление от разных районов одного города".
Стулья у стойки пустовали. Хотя бармен, или корчмарь, или кто он там по местным традициям, был на месте и тёр стаканы. Стеклянные. И правда, цивилизация! Столица! Хоть и бывшая.
Серый уверенно плюхнулся на один из стульев у бара, словно его карманы под завязку были набиты серебряными и золотыми монетами. Бармен вопросительно взглянул на него.
- Я Серый, возможно мне что-то передавали? - вальяжно сказал переполненный впечатлениями парень. Он тут же вспомнил, что Керол велел спросить про Серого, а не представляться этим именем. Но решив, что и так сойдет, продолжал вопросительно смотреть на бармена.
- Что пить будешь? - равнодушно спросил тот.
Юноша почувствовал себя дурак дураком. Без денег и без малейшего понятия, что же ему делать дальше.
- Забавное имя. Пожалуй, угощу тебя выпивкой, - продолжил бармен после недолгой паузы. - Пива или покрепче чего налить?
- Фреш есть? – хмуро спросил Серый. Этот любимый утренний напиток караванщиков еще в харчевне сразу очень понравился юноше. Кисловатая смесь соков двух фруктов тонизировала даже лучше, чем кофе. Особенно после ночной беготни по залу с подносом или тряпкой. Правда стоил фреш сильно дороже, того же пива. Попробовать его удалось Серому всего пару раз, да и то лишь допив остатки.
- Это Сломленный Якорь, шкет. Тут все есть. Чай не твоя деревня, - бармен наполнил большой стакан из толстого зеленого стекла. - Иди вон в тот уголок, не отсвечивай почем зря.
Особого выбора у Серого не было, и он направился к указанному столику в темном закутке зала. Если его все таки ищут, то чем темнее, тем даже лучше. На него равнодушно поглядывали из-за соседних столиков, а большинство просто игнорировали. Когда Серый был уже на полдороге к цели, снаружи донесся раскатистый то ли гром, то ли оглушительный грохот, закончившийся басовитым звуком лопнувшей гигантской струны. Или скорее толстенного стального каната. Даже пол под ногами ощутимо дрогнул. Посетители начали ошеломленно оглядываться и громко переговариваться.
- Это что за хрень еще случилась? - перепугано рявкнул здоровенный мужик за соседним столиком и, грубо оттолкнув замершего землянина, рванул к выходу. Примеру здоровяка последовали немногие. Серый решил, что ему самому тоже нет никакого смысла метаться и паниковать. Тут и так непонятного выше крыши, и странный далекий грохот погоды не сделает. Посетители оживленно обсуждали произошедшее событие, по-прежнему игнорируя, застывшего посреди зала юношу. Опомнившись, Серый поспешил наконец-то за столик, указанный барменом, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Устроившись на удобном стуле, он принялся потягивать фреш и осторожно осматриваться. Напиток оказался очень холодным. Видимо в подвале заведения ледник. А может здесь применили какую-то особую магию. После чудес, продемонстрированных Рибом, Серый не удивился бы существованию магических холодильников. В целом кабак был вполне респектабельным. Да и сам город шагнул далеко за средневековые рамки, какими их себе представлял обычный парень с Земли. Об освещении судить было сложно. Ни факелов, ни свечей, ни магических светильников в зале видно не было. Солнечный свет проникал в зал через небольшие окна и вполне справлялся с полумраком. Посетители давно успокоились после недавнего грома. Даже здоровяк вернулся, что-то недовольно ворча себе под нос. Еда и выпивка, похоже, волновала местных гораздо больше, чем непонятные звуки снаружи.
Время все тянулось, фреш закончился, а ничего не происходило. Бармен словно бы забыл о Сером. Парень все чаще бросал быстрые взгляды в сторону стойки, с тревогой подумывая, не стоит ли еще раз напомнить о себе. Может Керол еще не предупредил о нем, а фреш действительно просто угощение? И потом еще платить заставят? С пустыми карманами в большом городе жутко неуютно. В голову лезет всякая чушь.
Просидев как на иголках еще с полчаса, Серый внезапно заметил совсем рядом пацана лет одиннадцати, который направлялся к его столику. Как он появился юноша не видел, однако шел малец вполне уверенно именно к нему.
- Напился? Дуй, давай, за мной, - нагло заявил мальчишка без малейших приветствий или каких-то других формальностей. Серый даже немного опешил от такого оборота событий.
- Куда дуть? Ты кто?
- Серый, не тупи. И не борзей.
"Это я борзею?" - удивленно подумал Серый. Но спорить не стал. Раз сопляк знает его имя, значит - не случайный прохожий. Серый ожидал, что за ним придет лично Керол. Но теперь ему и самому это казалось глупостью. Видимо местные опасались ловушки. Судя по уровню недавней облавы, полиция здесь суровая. Чувствуя себя наивным лопухом, Серый послушно шагал за своим малолетним проводником. Проходя мимо стойки, он благодарно кивнул бармену, но тот даже не взглянул в его сторону. "Ну и черт со всеми ними! Конспираторы хреновы", - раздраженно подумал Серый и вышел в обжигающий зной главной площади Центрума.
* * *
Они бродили по базару в центре площади уже битый час. Один раз пацаненок купил пирожков и пару из них отдал Серому. Это было очень кстати. Вспоминать непонятную кашу, которой Серого накормили в подземной камере, было противно. Но сейчас его желудок, похоже, не отказался бы даже от безвкусной тюремной баланды. Судя по всему, именно непрекращающееся громкое урчание в животе у Серого, заставило его малолетнего проводника купить что-нибудь перекусить. Несмотря на кое-как утоленный голод, Серый начинал потихоньку закипать. Бесконечное кружение по торговым рядам действовало на нервы. Снова хотелось пить.
- Долго еще нам по этой адской жаре бродить кругами?
- Спешка в тему при ловле крабов. А ты чего такой резкий и нервный?
- Сбежишь из лап стражи без копейки денег в кармане - поймешь. Я вообще-то совсем не уверен, что после такого отсвечивание моей мордой на этом рынке - сильно здоровое занятие.
- Не ищут тебя - не парься. Керол был бы в курсе, если что не так.
- Сейчас не ищут, потом будут, - оставил Серый последнее слово за собой.
После упоминания Керола, он немного успокоился. А через несколько минут они выбрались из рыночной толчеи. Направившись к краю площади, они свернули на одну из улиц, бегущих вдоль моря. Серый успел уже здорово запутаться. Единственное, в чем он был уверен, что эта улица точно не Портовый Тракт. Быстро пройдя квартал, они свернули в переулок. Серый не пытался запомнить дорогу, а просто следовал за своим проводником. Еще немного попетляв, они вышли на другую не менее оживленную улицу. Каково же было изумление Серого, когда вскоре они вновь оказались на, хорошо знакомой ему, площади Семи Якорей.
- Решил еще немного пирожков докупить? - ехидно спросил Серый. - Может быть, я пока в Сломленном Якоре тебя подожду? Там все таки попрохладней.
- Ты только что из каталажки выбрался, а выделываешься, словно к мамке на хату дрыхнуть ходил. А что если за тобой дубье по пятам идет?
- Это вы так проверяете, не следят ли за мной?
- А ты тупой, - сказал пацан с довольной миной на лице. - Приживешься у нас. Наверное.
- А ты не слишком ли умный по местным меркам? Как сам-то прижился-то? Не страшно, что плохо тебе будет, с таким-то умищем?!
- Неа. Хуже, чем было, точно уже не будет!
Внезапно их оживленную перепалку прервал какой-то мрачный тип. Впечатление от вполне приличной одежды портили безобразный шрам в пол лица и выбитый передний зуб. Такого не по одежке встречают. На обывателя мужик был совсем не похож.
- Закругляйся, Медяк, хороводы водить. Дуй прямо на хату. Рысью!
После этих слов парнишка, не говоря ни слова, тут же начал выбираться из оживленной рыночной толпы. Быстрым шагом он направился по улице, ведущей к морю и звукам прибоя. Звук волн уже не мог заглушить даже многоголосый базарный гам. Серый старался не отставать от мальчишки. Вскоре они нырнули под темную арку, ведущую в извилистый переулок. Переходя из одного двора в другой, они оказались в гулком туннеле, зажатом между глухими каменными стенами.
Вынырнув из очередной подворотни, они внезапно оказались у дверей еще не старого трехэтажного особняка. У входа ошивалась пара мутных типчиков. Серому все меньше и меньше нравилась окружающая обстановка. На Земле с подобной гопотой он бы не стал связываться ни за что на свете.
Внутри здания их встретил кряжистый одноглазый мужик с косматой головой. Медяка он сразу же отправил обратно в город, а к Серому приставил здорового амбала и велел им подыматься вверх по лестнице на третий этаж. И вот за одной из дверей посредине длинного, темного коридора на последнем этаже, наконец-то, обнаружился Керол собственной персоной.